Москва:

Режим работы:
пн-пт:
11:00—21:00
сб-вс и праздники: 11:00—21:00

Электронная почта:
mail@fineshoesing.ru


119034, г. Москва,
ул. Льва Толстого, дом 23/7c3, п. 3, 1 эт.
К контактам
Петербург:

Режим работы:
пн-пт:
11:00—21:00
сб-вс и праздники: 11:00—19:00

Электронная почта:
mail@fineshoesing.ru


191119, г. Санкт-Петербург,
ул. Лиговский проспект, д. 92Д
К контактам

Как делали гуталины в Лондоне в середине XIX века

В большой статье про гуталин мы писали, что в XIX веке это средство было не таким, как в наши дни, и что современные версии гуталина появились только в XX веке. Сегодня мы в деталях рассмотрим особенности производства гуталина в середине XIX века – и в этом нам поможет очень подробная статья под названием An 1842 day at Day & Martin, опубликованная в номере журнала The Penny Magazine, который вышел в свет в декабре 1842 года.

Day & Martin – это название лондонской фабрики, которая в 1840-х годах являлась одним из крупнейших английских производителей гуталина; на момент публикации вышеупомянутой статьи ей уже было 40 лет. Статья, кстати сказать, поистине гигантская, поэтому мы не будем давать её полный перевод, а сконцентрируемся лишь на той части, которая посвящена именно производственному процессу.

Прежде всего отметим, что фабрика Day & Martin располагалась в огромном здании со множеством разных помещений. Ингредиенты для гуталина поступали с находившегося там же склада в большой зал, где и осуществлялось изготовление этого средства. Среди имевшихся на складе запасов автор статьи отмечал уксус в больших бочках по 60 галлонов (1 галлон = 4,55 литра), масло в бочках ещё большего объёма, огромные ёмкости с чёрным углеродным пигментом из обугленной слоновой или иной кости (ivory-black), а также бочки с другими чёрными пигментами, вес содержимого которых иногда доходил почти до тонны.

В зале, где осуществлялось производство гуталина, размещалась почти сотня больших ёмкостей вместимостью около ста галлонов каждая (454,5 литров). Они располагались на специальных подмостках таким образом, чтобы работники могли их передвигать. Из-за обилия ёмкостей, служащих для смешивания ингредиентов, это помещение называлось tun-room (tun с английского языка переводится как «большая бочка»). Перемешивание осуществлялось при помощи механизированного приспособления, устроенного таким образом, чтобы его можно было применять последовательно ко всем ёмкостям, которые были составлены в ряды; вал этого механизма спускался этажом ниже, где и приводился в действие.

По обеим сторонам от основного зала находились помещения меньшего размера, где осуществлялись последующие этапы производства гуталина. В одном из них проводилась фасовка пастообразного гуталина по круглым жестяным коробочкам диаметром примерно по 3 дюйма каждая (7,5 сантиметра), а высотой по 1/2-3/4 дюйма (1,25-1,9 сантиметра). Наполненные коробочки на некоторое время оставляли для того, чтобы гуталин в них затвердел; затем они закрывались крышками, группировались по 12 штук и упаковывались в специальные пакеты цилиндрической формы. Здесь стоит отметить, что в середине XIX века гуталин в жестянках предназначался для военных и использовался именно в армии – такой формат считался наиболее подходящим для солдат из-за того, что жестянки были заметно компактнее банок и бутылок (можно выделить как цитату).

Для нужд гражданского населения фабрика производила более жидкий гуталин, который фасовался по бутылкам уже в другом помещении (размером примерно 27 на 9 метров1). Там же осуществлялись закупоривание и запечатывание бутылок и наклеивание этикеток. Бутылки были сделаны из глазурованной керамики коричневого цвета и обладали очень широкими горлышками. Существовали бутылки трёх разных объёмов: 1/3 пинты, 2/3 пинты, пинта (1 пинта = 0,57 литра)3. Большие ёмкости с готовым гуталином приносили из основного зала и ставили на подмостки, после чего работники наполняли их содержимым бутылки, располагавшиеся на скамьях неподалеку. Любопытно, что возле каждого бака находились мальчик или молодой человек и более старший сотрудник; первый помешивал гуталин, а второй раскладывал его по бутылкам с помощью мерной ёмкости.

Для укопорки бутылок служили пробки, размер которых соответствовал размеру бутылок. Один рабочий проходил вдоль скамеек с наполненными бутылками и вставлял в них пробки, не прикладывая, однако, к ним силу. Другой сотрудник следовал за ним и с помощью деревянного молотка глубоко забивал пробки – так, чтобы верхняя сторона пробки оказалась вровень с верхним краем горлышка бутылки. После этого бутылки надёжно запечатывались с помощью предварительно расплавленного на портативных печах сургуча – красного вязкого вещества, которое называли sealing wax, но которое на самом деле воском не являлось, а состояло из смол и минерального красителя. Обученный работник окунал горлышки бутылок в ёмкость с расплавленным сургучом. Для того, чтобы сделать это аккуратно и должным образом, нужно было иметь должный навык и хорошо натренированную руку.

После укопорки бутылки снабжали этикетками, которые печатали на самой фабрике (разумеется, в отдельном помещении). Для печати использовалась очень продвинутая по тем временам машина. Одновременно производилась печать восьми этикеток, причём сначала машина наносила чёрные элементы, а потом красные (иными словами, печать была двухцветной)1. После осуществления печати лист с 8 этикетками разрезали на отдельные лейблы мальчики (детский труд на фабриках в те времена был обычном делом). Сотрудники, наклеивавшие этикетки, работали в группах по три человека. Один намазывал этикетки клеем, а два других наклеивали их со скоростью до 16 штук в минуту каждый! Процесс протекал очень быстро, так как рабочие обладали должным опытом и ловкостью рук.

После оснащения этикетками бутылки на некоторое время оставляли на полках для того, чтобы их содержимое немного затвердело; потом их клали в ящики. Специальный кран (подъёмный механизм) соединял «фасовочный» зал со складом и служил для вытягивания ящиков с пустыми бутылками, а также для опускания ящиков с уже заполненными и запечатанными бутылками с обувным гуталином. Днём помещение заполнялось естественным светом, а в тёмное время суток освещение было газовым. Работать фабрика начинала в пять часов утра, а заканчивала в восемь часов вечера.

Для полноты картины стоит добавить, что фирма Day & Martin выпускала ещё и «гражданский» гуталин более твёрдой консистенции, которая напоминала консистенцию того гуталина, что фасовался по жестянкам и предназначался для армии. Его помещали в небольшие керамические горшки с широкими отверстиями, которые затем оставляли на некоторое время, чтобы гуталин чуть подсох. Потом их запечатывали бумагой.

Другое помещение предназначалось для фасовки гуталина четвёртой разновидности. Здесь можно было увидеть подносы (или, вернее сказать, неглубокие формы) с охлаждающимся и подсыхающим пастообразным гуталином. Остывший гуталин разрезали ножом на небольшие продолговатые куски; из одной формы размером около 45*30*1,5 сантиметра получались 72 куска гуталина. Их заворачивали в фирменную промасленную бумагу и затем группировали по несколько десятков штук в специальные деревянные коробки, которые потом отправляли в магазины.

Запах в этом помещении напоминал ароматы, которые заполняли другие залы. В нём безошибочно угадывался уксус, служивший в те времена одним из основных ингредиентов гуталина. Рецепты гуталинов, конечно, варьировались от фабрики к фабрике, но уксус, масло и чёрный пигмент (ivory-black или иной) являлись ключевыми компонентами этого средства.

На этом наша своеобразная экскурсия по фабрике Day & Martin заканчивается. Надеемся, что вам было любопытно узнать о том, как производился гуталин в середине XIX веке, и как вообще могла быть устроена достаточно продвинутая английская фабрика того времени.

В сравнение добавлено максимальное кол-во товаров
Фильтр
Наверх